Черная молния

Когда удивление от просмотра экранизации комикса про человека-паука прошло, создатели подсчитали прибыль и изумились — потраченные 190 миллионов долларов вернулись, прихватив с собой увесистый мешок, приятно звенящий 630 миллионами американских президентов. Каждый мальчик мечтал стать городским героем, карабкающимся по стенам, стреляя паутиной и спасая попавших в беду жителей. Футболки и балахоны с силуэтом Питера Паркера распродавались с большей скоростью, нежели мороженное на южном берегу моря. И даже сейчас, спустя семь лет после выхода фильма в мировой прокат, слава не отпускает режиссера Сэма Рэйми.

Нам нечего экранизировать — комиксы никогда не ассоциировались с русскими традициями. Мы известны своими сказками, и мультипликационные фильмы на их основе получили широкий успех среди детей, а также их родителей — «Илья Муромец и Соловей Разбойник» окупили себя в пять раз. Когда мы пытаемся подражать Западу, это выходит довольно посредственно. Смотря со стороны, наши творения напоминают заигравшегося юнца, рассекающего на дешёвом скутере и воображающего, будто он Валентино Росси. Эта картина греет душу и выглядит забавно, позволяя радоваться за подрастающее поколение, но стоит появиться известной и титулованной «Ямахе», как юнец отпадает на второй план.

Понимаете, «Чёрная молния» не плоха. Плохо то, что на раскрутку картины потратили столько же денег, сколько и на создание. Я ощущаю, будто заплатил деньги какому-то предприимчивому человеку, состряпавшего на последние запасы «бомбовое» кино в надежде малыми вложениями взять кассу. В нашем обществе каждый российский фильм поливают грязью и я, на ваш взгляд, делаю абсолютно тоже. Критикую картину, превозношу голливудские творенья и пишу, казалось бы, банальные вещи. Что актёры не верят в то, что говорят. Что реплики с экрана повествуют о воде, а лица о бутербродах. Что каждый сюжетный поворот отливается фильмом семилетней давности — та же безответная любовь, те же автомобильные дебаты, те же отношения с родственником мужского пола, то же убийство, та же скрытность, те же злобные герои. Да, это так.

Меня ни на минуту не покидает мысль, что я вернулся в 2002-ой год. Знаете, в «Топ Гире» есть моменты, когда две схожие машины тестируются на гоночной трассе и позже Кларксон солирует сюжет с двумя несущимися спорткарами, дышащими вровень друг другу. Если вывести два фильмы на экран, сверху запустив окно «Человека-паука», а снизу «Черную молнию», в одни и те же временные интервалы будет происходить одно и то же. Девушка, уезжающая на красивой машине с другим. Левая подработка и недоплата начальства. Ссора и смерть главного мужчины в семье. Оставшиеся пункты продолжите за меня, пожалуйста.

Как же помочь российскому кинематографу. Быть может сменить стандартизированный уже десятилетиями актерский состав? Возможно, перестать писать на постере фамилию продюсера, сменив её режиссерской? Создавая что-либо, мы оглядываемся на работы других, что и является главной ошибкой — ежедневное лицезрение чужого портфолио не прибавит тебе идей, опыта и смекалки. Чтобы снять отличное кино, нужно просто сесть за компьютер, запустить текстовый редактор и начать писать лучший в мире сценарий. Гениальные работы создавались без оглядки на кого бы то ни было. Вопреки всему, назло каждому.

Если же чистый лист бумаги не вселяет ничего кроме ступора, мой совет будет простой — нет смысла пропадать толковому асфальтоукладчику. Давайте сделаем отличные дороги. Хорошее кино итак кто-нибудь снимет.