Основательно о Станкине

В Московский государственный технологический университет «Станкин» я поступил по университетской олимпиаде в 2004 году. Будучи учеником 11 класса средней общеобразовательной школы, с сентября 2003 года я начал заниматься математикой у профессора ВУЗа. В феврале наступившего 2004 года на первой, самой сложной олимпиаде, я сдал экзамен по математике на 95 из 100 баллов. В марте улетучился еще один олимпийский экзамен по физике, который был сдан на 80 баллов из 100. Удивительно, но самым сложным для меня оказался русский язык, требовавшийся в Станкине на оценку «зачет». Помню это день как сейчас: 9 мая, праздник во всей стране, воскресенье, а я чапаю к 8.30 к зданию университета. Признаюсь, мне даже предлагали проставить зачет по русскому языку за денежку (все-таки обидно пролететь с такими набранными баллами), но я сказал твердое «нет», аргументируя свой ответ тем, что «зря я полгода каждые выходные ездил на занятия что ли?». 

16 мая — ровно через неделю — я шел уверенной походкой к зданию института. Вокруг разыгрывалась самая настоящая весна с присущим ей чириканьем птиц, слепящими глаза солнечными лучами и радостными улыбками на лицах людей. Подойдя к вывешенной таблице с оценками у главного входа в здание, я закрыл фамилии двумя руками и начал раз за разом спускаться ниже по списку. В тот момент, когда из-под вспотевших пальцев появилась моя фамилия, взгляд метнулся в правую сторону и увидел жирную надпись «зачет». Моей радости не было предела!

Самый большой проходной балл, требовавшийся для поступления на бесплатной основе, был у факультета Информационных технологий — 170. Я набрал 175 и после совещания с родственниками выбрал именно его. Стоит ли говорить, что все школьные экзамены после подобной олимпийской школы я сдал на отлично, математику решив вообще раньше всех из класса. В то время как люди из школы усердно думали куда поступать, а главное как поступать, в моей судьбе было все решено, и лето я провел в состоянии полного безделья.

Первый же осенний семестр Станкина уверенно снял с меня королевскую корону, дав в руки швабру и тряпку с недвусмысленным намеком «работать!». Летнее безделье сменилось резким вливанием в учебу, сдачей каких-то аттестационных модулей по каждому предмету два раза в семестр, в то время как у моих друзей ничего подобного в институтах не было. Люди в моей группе, как оказалось, в большинстве своем выпускники лицея при МГТУ Станкине и это частично объясняло их фундаментальные познания в предметах и мой полный ноль в тех же областях. В результате несколько человек так и не были допущены до зимней сессии и впоследствии были отчислены, некоторые-таки дорвались до экзаменов, но провалили их и были вынуждены перевестись на платное отделение или уйти в академический отпуск. 

Я подсчитал, что за время обучения в Станкине, я сдал 80 зачетов и экзаменов, 160 модульных аттестаций (порой сравнимых по сложности с самими экзаменами), без которых не допускали до сессии, а также несметное количество расчетно-графических, лабораторных, математических, семинарских работ. Обучение в Станкине — это полный противовес устоявшемуся мнению, что с каждым годом учиться в ВУЗе все легче и легче. Я не шучу: на пятом курсе последней экзаменационной сессии меня чуть было не отчислили за один несданный модуль.

Подобный подход к обучению у профессорского состава свел на нет коррупцию в ВУЗе. Смешно сказать, но из-за пропусков занятий на пятом курсе несколько людей вынуждены были через институтскую службу платить деньги за дополнительные часы у лектора. Денег он не брал принципиально.

9 декабря на работе я написал заявление, согласно которому просил предоставить мне недельный отпуск для проработки дипломной работы. К сожалению, в понедельник и вторник меня вызвали на рабочее место по чрезвычайно срочному заданию. В среду мне требовалось быть в Станкине для решения вопросов с экономической частью диплома. Лишь в четверг, 16 декабря, я сел за окончательное написание диплома — ведь ни для кого не секрет, что при постоянной пятидневной рабочей неделе заняться дипломом и только им не получается ни при каких обстоятельствах.

Утро четверга плавно сменялось ночью пятницы, утро пятницы сменялось ночью субботы и так по кругу вплоть до 12 часов понедельника, когда от меня ждали готовую дипломную работу, сшитую, пронумерованную, с аннотациями, отзывами руководителя, рецензией стороннего профессора, презентацией и т.д. По-моему, я вообще не спал все это время. К воскресенью мой мозг стал самопроизвольно выключаться: я мог писать текст в 8 часов, а позже редактировать следующую страницу в 9 часов так, как будто это произошло вообще без провалов во времени.

Итогом стало то, что в понедельник я сдал подшитый дипломный проект на 104 листах, во вторник побывал на рабочем месте, в среду утверждал окончательный вариант презентации и речи выступления перед комиссией. Утро четверга началось с того времени, в которое я должен был уже выйти из дома и ехать в сторону университета. Мозг не услышал ни одного из 3 предустановленных будильников. Я встал, сходил в душ, надел брюки, белую рубашку, галстук и выбежал из дома в сторону подземки — ехать на машине стало бы фиаско для моей защиты.

В отличие от защиты бакалаврской работы в конце 4 курса, в четверг, 23 декабря, я шел последним. Парировал все вопросы, отвечал на все замечания и был отпущен вместе с остальными шестью студентами за двери кафедры. И вот мы стоим в количестве 7 человек — самые стойкие, выдержавшие все 5,5 лет обучения — перед приемной комиссией и слушаем. Мы слышим поздравительные слова от заведующего кафедрой, слышим каждый свою оценку (моей работе присуждена оценка «Отлично»), слышим особое выделение нескольких работ (среди который была и моя). Каждый из нас стоит с улыбкой на лице и не верит собственным ушам. Так долго мы шли к этой цели, и как близко сейчас она встала перед нами. Фактически господин Позднеев положил ее в руки каждому из нас, поблагодарил за отданные Станкину годы и пожелал удачи и счастья в уже наступившей взрослой жизни.

В 2004 году в моей группе было 35 человек и места в лабораторных классах занимали заранее. В 2010 году в первый день защищались 7 человек, в последующий — примерно схожее количество. Более половины студентов так и не дошли до заветной, и, признаюсь честно, сложной цели.

В четверг мне была присуждена академическая степень инженера техники и технологии по направлению 230201.65 «Информационные системы и технологии». В пятницу утром температура моего тела была порядка 40 градусов, нос заложило полностью, горло драло до невозможности говорить, встать с кровати было абсолютно нереально.

Организм, зная о чрезвычайной важности выпускной квалификационной работы, отдал все свои силы на оставшиеся полторы недели. Когда силы подошли к концу, были задействованы резервные источники, но и они истощились до предела. Машина под названием организм ехала уже не на бензине, а на парах до вечера четверга, после чего, получив сигнал о выполненной миссии, организм приказал телу лечь и не двигаться, а чтобы я не повадился куда-либо ездить, снарядил огромной температурой и укомплектованным пакетом недугов.

Вот так и закончилась моя студенческая жизнь. За время обучения я познакомился с великолепными людьми, научился разбираться в самых разных научных областях и с успехом защищаться по этим дисциплинам, работать с большим количеством источников и выделять суть из томов материала, быть ответственным и исполнительным. МГТУ Станкин — это великолепная школа жизни, после которой специалист может заниматься всем, чем угодно. Пять лет я бузил и с каждым новым предметом бурчал «ну и кому это нужно?», и только сейчас осознал и главное увидел вершину айсберга.

Сейчас на моих руках два диплома с отличием, должность в прекрасной компании, и самое преддверие Нового года. Очень надеюсь вылечиться, поблагодарить организм за подобный марафон и... И вперед, во взрослую жизнь. Двери открыты!